Коллекция Lunokhod от мануфактуры Konstantin Chaikin — это не просто часы, а масштабная дань уважения советской космической программе. Главной визуальной и технической фишкой модели является крупная трехмерная копия Луны в центре циферблата, выполненная из индийского булата (wootz), текстура которого идеально имитирует лунный рельеф. Вместо вращения самой сферы, фазы отображаются с помощью серебряной полусферы-шторки, вращающейся вокруг неподвижного центра, что создает завораживающий эффект присутствия космоса на запястье.
Скажу прямо: носить это как единственные часы невозможно. Это огромная архитектурная конструкция на руке, которая не поместится ни под один манжет, да и на тонком запястье будет выглядеть как кандалы. Эргономика тут вторична, это чистый арт-объект для демонстрации статуса и вкуса, а не прибор для измерения времени.
По технической части Чайкин не подводит, механизм надежен как трактор, несмотря на сложный модуль. Единственный нюанс эксплуатации — корпус сложной геометрии, который при неаккуратной носке быстро соберет царапины на гранях, а полировать титан такой формы — та еще головная боль для сервиса.
С точки зрения денег — брать однозначно. Чайкин сейчас в высшей лиге, и цены на его ранние и сложные коллекции, вроде этой, только растут. Это тот случай, когда вы покупаете не просто часы, а билет в закрытый клуб владельцев высокой российской механики, который легко обналичить при необходимости.
Часы серии Луноход обладают внушительным корпусом шириной 50 мм, выполненным преимущественно из титана или золота, что обеспечивает приемлемый вес при гигантских габаритах. Дизайн корпуса агрессивен и футуристичен: ушки крепления ремня напоминают шасси планетохода, а сапфировое стекло имеет сложную форму для защиты выступающей центральной сферы.
Внутри работает мануфактурный калибр с ручным заводом, модифицированный фирменным модулем Константина Чайкина. Ключевая особенность — непрерывная работа лунного индикатора, который требует корректировки всего один раз в 122 года. Механизм также обеспечивает индикацию часов и минут (день/ночь) в полукруглых апертурах.
Модели выпускаются крайне ограниченными тиражами и практически никогда не лежат на витринах ритейлеров. Вторичный рынок испытывает острый дефицит этих экземпляров, что делает их высоколиквидным активом в сегменте независимого часового искусства.