Серия Julius Assmann создана мануфактурой Glashütte Original как дань уважения одному из четырех отцов-основателей саксонского часового дела. Это собрание строго лимитированных шедевров Haute Horlogerie, запущенное в 1990-х годах, демонстрирует вершину инженерной мысли Гласхютте. Главной визуальной и технической фишкой коллекции часто выступает концепция трансформера или скелетонизация: некоторые модели можно носить как наручные часы, либо использовать как карманный хронометр, сохраняя эстетику навигационных приборов XIX века.
Скажу прямо: это не часы, это сейфовый слиток с турбийоном. На запястье такая штука сидит как золотая шайба — тяжело, высоко, под манжету не лезет. Если решите носить, готовьтесь к тому, что полированное золото или платина будут ловить царапины от одного только взгляда. Надежность механизма здесь эталонная для немцев, но сложность конструкции делает любой сервис финансовым событием года.
По деньгам расклад такой: брать на вторичке выгодно, потому что первый владелец уже потерял на амортизации выхода из бутика. Продать быстро их невозможно, это не Сабмаринер. Но как вещь, которая показывает ваш статус «выше рынка» и понимание истории, — вариант отличный. Это игрушка для тех, у кого уже есть всё.
Модели исполняются исключительно из драгоценных металлов: розового золота 18К, белого золота или платины. Корпуса массивные, часто с диаметром более 40 мм, что обусловлено сложностью калибров. Многие экземпляры оснащены откидной задней крышкой (hunter case) и циферблатами из мейсенского фарфора или горячей эмали, что делает коллекцию Юлиус Ассманн уникальной с точки зрения материаловедения.
Используются мануфактурные калибры высшего грейда (например, Calibre 46 или 50) с ручным заводом. Ключевые усложнения серии: парящий турбийон (Flying Tourbillon), ретроградные индикаторы и вечные календари. Механизмы отличаются исключительной ручной гравировкой мостов, наличием золотых шатонов на винтах и лебединой шеей тонкой регулировки.
Часы имеют крайне низкую ликвидность на массовом рынке, но высочайший статус в кругах серьезных коллекционеров. Из-за мизерных тиражей (часто 25 или 10 штук на мир) дефицит абсолютный. Это инвестиционный актив «длинных денег», который редко теряет в цене, но требует времени для реализации.