Тяжелый люкс в буквальном смысле слова. Эта модель — настоящая гантель на запястье, особенно в конфигурации с полным золотым браслетом.
Давайте начистоту: желтое золото на такой площади — это магнит для проблем. Широкий сатинированный безель ловит царапины просто от соприкосновения с воздухом, а любой случайный удар о дверной косяк оставит вмятину, которую невозможно убрать полировкой без потери геометрии граней. Эргономика тут специфическая: из-за высокого модуля хронографа (знаменитый бутерброд на базе JLC) и веса золота часы стремятся перевернуться на руке, если браслет не подогнан идеально плотно. С точки зрения механики — это надежный трактор, который обслужит любой грамотный мастер, но запас хода в 38 часов для современного рынка уже выглядит анахронизмом.
Это часы-заявление, ликвидность которых напрямую зависит от сохранности «мяса» на корпусе. Брать стоит только если вы готовы носить полкилограмма золота и мириться с неизбежной потерей товарного вида при эксплуатации.
Audemars Piguet Royal Oak Offshore Chronograph в корпусе из 18-каратного желтого золота представляет собой монументальный образец архитектурного дизайна спортивных усложнений.
Корпус диаметром 42 мм сохраняет каноническую геометрию Джеральда Дженты, однако в версии Offshore она приобретает подчеркнутый объем и агрессивную защиту функциональных узлов. Доминантой фронтальной части выступает массивный восьмиугольный безель с вертикальным сатинированием, закрепленный восемью полированными гексагональными винтами из белого золота. Циферблат декорирован узором Mega Tapisserie, создающим глубину и контраст для трех субдисков хронографа и круговой апертуры даты, оснащенной внутренней увеличительной линзой.
За хронометрическую точность отвечает автоматический калибр AP 2326 / 2840 с запасом хода 38 часов — модульная конструкция, известная своей надежностью. Наличие интегрированного браслета из желтого золота трансформирует изделие в монолитный объект со значительной инерционной массой, подчеркивая статус и физическую осязаемость драгоценного металла.